ANNOUNCEMENT: You can find the new home of CEPA's StratCom Program here.
Отчёты

Как отличить журналистику от инструмента дезинформации

  • Поделиться в Facebook
  • Поделиться в Twitter

Решение Эстонии об отказе в журналистской аккредитации сотрудникам российского государственного информационного агентства «Россия Сегодня» на проходившую в этом месяце неофициальную встречу министров иностранных дел ЕС заставило Кремль ложно обвинить страну в нарушении свободы слова. Этот случай ставит вопрос о том, распространяется ли свобода печати на принадлежащие государству инструменты дезинформации. Ответ требует единого подхода Запада.

В конце августа эстонское председательство в Совете ЕС отклонило просьбу агентства «Россия Сегодня» о том, чтобы три его журналиста освещали встречу, проходившую 7—8 сентября в Таллинне. МИД России отреагировал, заявив, что Эстония нарушает права российских журналистов и ограничивает свободу слова и доступ к информации. Связанный с Кремлём медиа-канал Baltnews.ee — неизвестный брат «Спутника» в Эстонии, усилил этот месседж при помощи пяти практически идентичных статей, вышедших в течение нескольких дней.

Британская организация «Индекс цензуры» также обратила внимание на эту статью, удалив первоначальное обвинение, но разместив в Твиттере новость «Эстонского национального радиовещания», девять раз обвиняя Эстонию в начале «серьёзной атаки на свободу СМИ». В ней говорилось, что «любые требования к аккредитации должны соответствовать условиям, установленным в статье 19 Международного пакта о гражданских и политических правах и статье 10 Европейской конвенции о правах человека», а также содержался настоятельный призыв к правительству Эстонии выполнить рекомендации ОБСЕ в части аккредитации иностранных журналистов. Основываясь на этой информации, Арлем Дезир, представитель ОБСЕ по свободе СМИ, призвал Эстонию пересмотреть свой отказ в аккредитации трём российским журналистам.

И в этом заключается суть проблемы: МИД России, прокремлёвские СМИ, «Индекс цензуры», Европейская федерация журналистов и Арлем Дезир — все говорили о свободе слова, свободе СМИ и правах журналистов. Эстония высоко ценит это. Во Всемирном индексе свободы прессы 2017 года, составленном организацией «Репортёры без границ», Эстония занимает 12-е место, опережая Соединённое Королевство (40), Соединённые Штаты (43), Россию (148) и Северную Корею (последняя на 180-м). Законодательство как Эстонии, так и ЕС, как указано в Конституции Эстонии и в Конвенции о защите прав человека и основных свобод, гарантирует свободу слова в Эстонии. Вопрос в том, нарушает ли решение об отказе в журналистской аккредитации агентству «Россия Сегодня» какой-либо из этих принципов?

Этот вопрос состоит из двух частей. Первая часть проста: ограничил ли отказ со стороны Эстонии в предоставлении аккредитации свободу прессы или свободу слова? Нет. Эстония никогда не подвергала цензуре статьи агентства «Россия Сегодня», и она никогда не ограничивала доступ журналистов к информации. Вся информация, предоставленная журналистам на прошедшей в этом месяце встречи министров ЕС, доступна онлайн.

Второй вопрос более сложный: «Россия сегодня» -— принадлежащий государству инструмент пропаганды и дезинформации — это журналистика или нет? Если нет, имеют ли его сотрудники те же права, что и журналисты, например, право на журналистскую аккредитацию?

По нескольким причинам, ответ отрицательный.

Во-первых, как признаёт сам Кремль, официальная цель «России Сегодня» заключается в «освещении государственной политики Российской Федерации». То же мнение высказали и Дмитрий Киселёв, глава «России Сегодня», и Елена Черышева, Главный редактор Sputnik Эстония. Бывшие сотрудники RT также отмечали не-журналистские характеристики RT.

Во-вторых, резолюция Европарламента по стратегическим коммуникациям с целью противодействия направленной против ЕС пропаганде со стороны третьих сторон охарактеризовала RT как инструмент российского правительства, а «Спутник» — как псевдо-информационное агентство. Согласно этой резолюции, такие СМИ являются частью более масштабной подрывной кампании по ослаблению ЕС. В ней подчёркивается, что разжигание ненависти не может «скрыться» за свободой слова, и добавляется, что государства-члены должны активно работать, чтобы противостоять враждебным информационным операциям на их территориях, которые направлены на подрыв их интересов. Президент Франции Эммануэль Макрон назвал RT и Sputnik «агентами влияния», заявив, что эти две организации «ведут себя как не как СМИ, а ... как агенты влияния и пропаганды», которые распространяют «опасную ложь».

В-третьих, в отчёте Американского Бюро Директора Национальной разведки RT было названо «главным международным пропагандистским центром Кремля». В нём отмечалось, что государственная пропагандистская машина России служит для Кремля платформой для передачи сообщений российской и международной аудитории.

В-четвёртых, Атлантический совет, расположенный в Вашингтоне аналитический центр, предположил, что правительство США должно обеспечить соблюдение Закона о регистрации иностранных агентов в отношении RT. Это, по его словам, «насторожило бы американский народ по отношению к усилиям России и ограничило бы способность России скрывать свою "информационную войну" под маской законной журналистской деятельности».

И, наконец, существует инструмент, позволяющий отличить журналистику от дезинформации. Агентство «Россия Сегодня» проигрывает во всех трёх категориях: предоставляемые им сведения не точные, не сбалансированные и не основываются на достоверных источниках.

Исходя из этих критериев, вряд ли агентство «Россия Сегодня» можно было точно классифицировать как журналистику. Если это не журналистика, то сомнительно, что не-журналистская организация имеет право требовать аккредитацию, предназначенную для журналистов.

Тот факт, что нам все ещё приходится задавать эти вопросы снова и снова, свидетельствует о том, что европейские законы и нормативные акты не приспособлены для борьбы с дезинформацией, вооружаемой государством и замаскированной под средства массовой информации. Чтобы изменить это, Западу необходим единый подход к различению государственных инструментов дезинформации и журналистики.