Отчёты

Противостояние дезинформации на телевидении в Таллинне

  • Поделиться в Facebook
  • Поделиться в Twitter
С 2011 года муниципальное правительство Таллинна, возглавляемое Центристской партией Эстонии (ЦПЭ), платит около 550 000 евро в год Первому Балтийскому Каналу (PBK) — самому популярному русскоязычному каналу региона — за создания телевизионных программ для русскоязычной аудитории Эстонии. Эта аудитория — наиболее важный электорат ЦПЭ. Согласно недавнему исследованию, PBK распространяет анти-европейскую и антизападную пропаганду. Тем не менее, ЦПЭ, которая имеет официальные связи с российской правящей партией «Единая Россия», не рассматривает данное соглашение как конфликт интересов.

11-го декабря в эстонской ежедневной газете Postimees была опубликована статья о сотрудничестве между правительством Таллинна и частным телеканалом PBK, расположенным в Риге. PBK ретранслирует программы российского государственного «Первого канала». Новость заключалась не в том, что такое сотрудничество существует, а скорее касалась контекста этого сотрудничества. Как было отмечено в статье, проведённый Украинским кризисным медиа-центром анализ контента трёх ведущих российских телеканалов показал, что они транслировали в основном негативные новости о европейских странах. Эти три канала, заключается в исследовании, посвящают огромные ресурсы на распространение негативных нарративов, чтобы «убедить население России не принимать европейские либеральные ценности, подготовить население к потенциальному конфликту с Западом, и пробудить мотивацию захватить слабую и разделённую Европу». В статье предполагалось, что городское правительство Таллинна должно прекратить сотрудничество с телеканалом, который открыто враждебен по отношению к Эстонии и Европе.

За этой статьёй последовала ещё одна, опубликованная 17-го декабря, в которой демонстрировалось, что, согласно анализу контента, выполненному Олегом Самородиным в 2015 году, контент, предоставляемый PBK, содержит несколько ключевых прокремлёвских нарративов: что НАТО — провокатор; что санкции против России наносят ущерб Эстонии; что Эстония — русофобская страна; и что ЦПЭ — единственная партия, которой могут доверять русскоязычные эстонцы.

Эти две статьи спровоцировали общественную дискуссию в Эстонии по вопросу о том, оправдана или нет покупка эфирного времени у главного пропагандистского канала Кремля в странах Балтии, однако ЦПЭ защищала своё соглашение с каналом при помощи трёх основных нарративов.

Во-первых, по словам лидера партии и премьер-министра Юри Ратаса, сотрудничество городского правительства с PBK оправдано в связи с популярностью канала среди эстонских русских. Если правительство Таллинна хочет передать своё сообщение, сказал он, оно должно использовать канал, популярный среди важной целевой группы. Демонстрирует ли канал кремлёвскую пропаганду или нет, не имеет значения, сказал он.

Во-вторых, по словам мэра Таллинна Таави Ааса, также члена ЦПЭ, — три телевизионных программы, за которые платит его город, не содержат кремлёвской пропаганды. Аас призвал национальное правительство Эстонии следовать примеру Таллиннского городского совета и использовать PBK для информирования русскоязычного населения Эстонии.

В-третьих, по словам заместителя мэра Таллинна Вадима Белобровцева, поскольку PBK — не российский, а частный телеканал, расположенный в Риге, смешно утверждать, что город официально поддерживает или распространяет российскую пропаганду.

Но все эти нарративы вводят в заблуждение. Во-первых, это правда, что PBK — не российский телеканал, а частная компания, принадлежащая Baltic Media Alliance, зарегистрированному в Великобритании и расположенному в Риге. Согласно упомянутому ранее анализу контента, около 70 процентов контента PBK поступает от российского «Первого канала». Поэтому, хотя сам канал и не принадлежит Кремлю, его информационное наполнение во многом имеет российское происхождение.

Более того, исследования показывают, что зрители формируют своё мировоззрение, основываясь не на одной программе, а на сообщениях, в совокупности передаваемых многими программами на одном канале. Это означает, что зрители не всегда могут различать сообщения программ, созданных по заказу городского правительства Таллинна, и тех, которые созданы российским государственным «Первым каналом».

Во-вторых, даже если руководители Таллинна утверждают, что программы, которые город покупает у PBK, не содержат кремлёвской пропаганды, покупая программы, они легитимизируют весь канал в глазах его аудитории. В 2011 году, фактически, 27 процентов эстонских русских считали, что PBK — общественный телевещательный канал стран Балтии.

В-третьих, как показывает анализ, от 73 до 92 процентов контента трёх программ, которые Таллинн покупает у PBK, содержат политическую пропаганду ЦПЭ. Вместо того, чтобы информировать русскоязычное население Эстонии, ЦПЭ использует PBK как один из основных инструментов своих избирательных кампаний.

Как можно решить эту проблему? Чтобы предоставить русскоязычному населению Эстонии качественную информацию об Эстонии и международных делах, Эстонская общественная телерадиовещательная корпорация в 2015 году создала русскоязычный телеканал ETV+. Но он пока не очень популярен, и этому мешают три обстоятельства. Во-первых, поскольку его бюджет не такой большой, как у конкурирующих российских каналов, финансируемых правительством, создание контента, к которому привыкло русскоязычное население Эстонии, например, высококачественные развлекательные программы, ему не по силам. Во-вторых, привычки потребителей СМИ изменились во всём мире. Молодые зрители предпочитают мульти-платформенные цифровые СМИ и аудиовизуальные услуги, доступные по запросу. И в-третьих, тот факт, что PBK часто критикует ETV+, сокращает, а не увеличивает доверие, русскоязычного населения Эстонии к ETV+.

Некоторые из этих препятствий можно преодолеть — например, предлагая больше мульти-платформенных цифровых СМИ для молодого поколения; другие преодолеть сложнее. Но, поддерживая телеканал, который дискредитирует ETV+, правительство Таллинна явно не облегчает ситуацию.